Севастополь в августе 1855 года

Из госпиталя па позиции возвращается поручик Михаил Ко-зельцов, уважаемый офицер, независимый в своих суждениях и в своих поступках, неглупый, во многом талантливый, уме-лый составитель казенных бумаг и способный рассказчик. "У пего было одно из тех самолюбии, которое до такой степени слилось с жизнью и которое чаще всего развивается в одних мужских, и особенно военных кружках, что он не понимал дру-гого выбора, как первенствовать пли уничтожиться, и что са-молюбие было двигателем даже его внутренних побужде-ний". На станции скопилось множество проезжающих: нет лоша-дей. У некоторых офицеров, направляющихся в Севастополь, нет даже подъемных денег, и они не знают, па какие средства продолжить путь. Среди ожидающих оказывается и брат Ко-зельцова, Володя. Вопреки семейным планам Володя за незна-чительные проступки вышел не в гвардию, а был направлен (по сто собственному желанию) в действующую армию. Ему, как всякому молодому офицеру, очень хочется "сражаться за Оте-чество", а заодно и послужить там же, где старший брат. Воло-дя - красивый юноша, он и робеет перед братом, и гордится им. Старший Козельцов предлагает брату немедленно ехать вместе с ним в Севастополь. Володя как будто смущается; ему уже не очень хочется на войну, а, кроме того, он, сидя на стан-ции, успел проиграть восемь рублей. Козельцов из последних денег оплачивает долг брата, и они трогаются в путь. По дороге Володя мечтает о героических подвигах, которые он непременно совершит на войне вместе с братом, о своей кра-сивой гибели и предсмертных упреках всем прочим за то, что те не умели при жизни оценить "истинно любивших Отечество", и т. д. По прибытии братья отправляются в балаган обозного офи-цера, который пересчитывает кучу денег для нового полкового командира, обзаводящегося "хозяйством". Никто не понимает, что заставило Володю бросить спокойное насиженное место в далеком тылу и приехать без всякой для себя выгоды в воюю-щий Севастополь. Батарея, к которой прикомандирован Володя, стоит на Ко-рабельной, и оба брата отправляются ночевать к Михаилу на пятый бастион. Перед этим они навещают товарища Козел ьцо-ва в госпитале. Он так плох, что не сразу узнает Михаила, ждет скорой смерти как избавления от страданий. Выйдя из госпп- таля, братья решают разойтись, и в сопровождении денщика Михаила Володя уходит в свою батарею. Батарейный командир предлагает Володе переночевать на койке штабс-капитана, который находится на самом бастионе. Впрочем, на койке уже спит юнкер Вланг; ему приходится ус-тупить место прибывшему прапорщику (Володе). Сперва Во-лодя не может уснуть; его то пугает темнота, то предчувствие близкой смерти. Он горячо молится об избавлении от страха, успокаивается и засыпает под звуки падающих снарядов. Тем временем Козельцов-старший прибывает в распоряже-ние нового полкового командира - недавнего своего товари-ща, теперь отделенного от него стеной субординации. Коман-дир недоволен тем, что Козельцов преждевременно возвраща-ется в строй, но поручает ему принять командование над его прежней ротой. В роте Козельцова встречают радостно; заметно, что он пользуется большим уважением среди солдат. Среди офицеров его также ожидает теплый прием и участливое отношение к ранению. На другой день бомбардировка продолжается с новой си-лой. Володя начинает входить в круг артиллерийских офице-ров; видна взаимная симпатия их друг к другу. Особенно Воло-дя нравится юнкеру Влангу, который всячески предугадывает любые желания нового прапорщика. С позиций возвращается добрый штабс-капитан Краут, немец, очень правильно и слиш-ком красиво говорящий по-русски. Заходит разговор о злоупот-реблениях и узаконенном воровстве на высших должностях. Володя, покраснев, уверяет собравшихся, что подобное "небла-городное" дело никогда не случится с ним. На обеде у командира батареи всем интересно, разговоры не умолкают несмотря на то, что меню весьма скромное. При-ходит конверт от начальника артиллерии; требуется офицер с прислугой на мортирную батарею на Малахов курган. Это опас-ное место; никто сам не вызывается идти. Один из офицеров указывает на Володю и, после небольшой дискуссии, он согла-шается отправиться "обстреляться". Вместе с Володей направ-ляют Вланга. Володя принимается за изучение "Руководства" по артиллерийской стрельбе. Однако по прибытии на батарею все "тыловые" знания ока-зываются ненужными: стрельба ведется беспорядочно, ни одно ядро по весу даже не напоминает упомянутые в "Руководстве", нет рабочих, чтобы починить разбитые орудия. К тому же ра-нят двух солдат его команды, а сам Володя неоднократно ока- зывается на волосок от гибели. Вланг очень сильно напуган; он уже не в состоянии скрыть это и думает исключительно о спа-сении собственной жизни любой ценой. Володе же "жутко не-множко и весело". В блиндаже Володи отсиживаются и его солдаты. Он с ин-тересом общается с Мельниковым, который не боится бомб, будучи уверен, что умрет другой смертью. Освоившись с но-вым командиром, солдаты начинают при Володе обсуждать, как придут к ним на помощь союзники под командованием князя Константина, как обеим воюющим сторонам дадут отдых на две недели, а за каждый выстрел тогда будут брать штраф, как па войне месяц службы станут считать за год и т. д. Несмотря на мольбы Вланга, Володя выходит из блиндажа на свежий воз-дух и сидит до утра с Мельниковым на пороге, пока вокруг па-дают бомбы и свистят пули. Но поутру уже батарея и орудия приведены в порядок, а Володя начисто забывает об опасно-сти; он только радуется, что хорошо исполняет своп обязан-ности, что не показывает трусости, а наоборот, считается храбрым. Начинается французский штурм. Полусонный Козельцов выскакивает к роте, спросонья больше всего озабоченный тем, чтобы его не посчитали за труса. Он выхватывает свою малень-кую сабельку и впереди всех бежит на врага, криком воодушев-ляя солдат. Его ранят в грудь. Очнувшись, Козельцов видит, как доктор осматривает его рану, вытирает пальцы о его пальто и подсылает к нему священника. Козельцов спрашивает, выби-ты ли французы; священник, не желая огорчать умирающего, говорит, что победа осталась за русскими. Козельцов счастлив; "он с чрезвычайно отрадным чувством самодовольства подумал, что он хорошо исполнил свой долг, что в первый раз за всю свою службу он поступил так хорошо, как только можно было, и ни в чем не может упрекнуть себя". Он умирает с последней мыс-лью о брате, и ему Козельцов желает такого же счастья. Известие о штурме застает Володю в блиндаже. "Не столько вид спокойствия солдат, сколько жалкой, нескрываемой тру-сости юнкера возбудил его". Не желая быть похожим на Влан-га, Володя командует легко, даже весело, но вскоре слышит, что французы обходят их. Он видит совсем близко вражеских сол-дат, его это так поражает, что он застывает на месте и упускает момент, когда еще можно спастись. Рядом с ним от пулевого ранения погибает Мельников. Вланг пытается отстреляться, зовет Володю бежать за ним, но, прыгнув в траншею, видит, что Володя уже мертв, а на том месте, где он только что стоял, на- ходятся французы и стреляют по русским. Над Малаховым курганом развевается французское знамя. Вланг с батареей па пароходе прибывает в более безопас-ную часть города. Он горько оплакивает павшего Володю; к которому по-настоящему привязался. Отступающие солдаты, переговариваясь между собою, замечают, что французы недо-лго будут гостить в городе. "Это было чувство, как будто похо-жее на раскаяние, стыд и злобу. Почти каждый солдат, взгля-нув с Северной стороны на оставленный Севастополь, с невы-разимою горечью в сердце вздыхал и грозился врагам".

>>> Севастополь в декабре месяце